Вы находитесь на нашем старом сайте и некоторая информация может быть неактуальной!
Мы ждем Вас на www.vzaimodeystvie.ru →

Главная arrow О нас arrow Новости arrow 80 процентов выпускников, родителей и педагогов - за Единый госэкзамен
80 процентов выпускников, родителей и педагогов — за Единый госэкзамен Версия для печати Отправить на e-mail
08.10.2009
Сегодня на коллегии Министерства образования и науки РФ будут обсуждать итоги и уроки итоговой госаттестации выпускников школ и приемной кампании в вузы в 2009 году. Накануне мероприятия на «деловом завтраке» в «РГ» на вопросы читателей отвечала главный докладчик по этой теме, руководитель Федеральной службы по надзору в сфере образования и науки Любовь Глебова.
Единый госэкзамен вскрыл множество проблем: одной из самых заметных стал ажиотаж вокруг абитуриентов-льготников. Мол, имея право внеконкурсного поступления, они займут все бюджетные места и поступят исключительно из-за привилегий, а не по знаниям. По словам Глебовой, а также по данным статистики, эти опасения не подтвердились, но стало ясно: список льготных категорий — их сегодня 153 — нужно сокращать. Что еще показал ЕГЭ?
Любовь Глебова: Например, что в технические и инженерные вузы у нас идут троечники. То есть люди, которые завтра будут делать нашу инновационную экономику,— самый слабоподготовленный пласт наших выпускников. Но разве раньше было по-другому? Просто об этом не говорили. Разве секрет, что физика в школе давно не преподается на таком уровне, чтобы все, кого принимают в технические вузы, были качественно подготовлены. Это не мой вывод. Высшая школа экономики проанализировала результаты Единого экзамена, и главный вывод: ЕГЭ показал реальную картину нашего образования.
Российская газета: Но в МИФИ, к примеру, в этом году был достаточно высокий проходной балл…
Глебова: Давайте говорить про образование во всей стране — у нас более 3 тысяч вузов и филиалов,— а не брать выборку из пяти вузов, где высокий конкурс. ЕГЭ вскрыл широкий круг проблем, но множество людей просто не хотят их видеть. Ностальгируют по прошлому.
В конце концов появился инструмент диагностики проблем во многих областях образования, нам хотя бы становится понятно, что происходит в регионах. Я уверена: ЕГЭ не нравится только тем, кто не хочет, чтобы наше образование и наша страна развивались.
РГ: Вы сторонник ограничения числа вузов, куда абитуриентам можно будет рассылать документы? Нынешним летом дело доходило до абсурда: абитуриенты отправляли свои бумаги сразу в десятки вузов — авось где-то повезет.
Глебова: Для нас здесь прежде всего важно мнение ректоров. Например, руководители Казанского, Южно-Уральского госуниверситетов говорят: «Нам все равно, сколько человек пройдет через приемную комиссию — тысяча или пять тысяч». Там система приема организована максимально четко, человека «обслуживают» в течение пары минут. Дело в том, что сильный вуз, если он уверен в себе, не видит проблемы в том, что человек попробует себя и в других местах. Как правило, это проблема для тех, кто чувствует себя не конкурентоспособным по сравнению с другими вузами. Вот для ограничения возможностей абитуриента вполне может сработать. Но удивительное дело. Когда я в разных аудиториях спрашиваю ректоров, ратующих за такое ограничение: «Какую проблему оно для вас лично решит?», отвечают — никакую. У меня нет однозначного ответа: ограничивать абитуриентов в выборе количества вузов или нет. Считаю, что это дело ректоров. Пусть они сами примут решение.
РГ: Но ведь планируется оформлять это решение как отдельный законодательный акт?
Глебова: Минобрнауки должно внести ту или иную норму только после того, как ее оформит Совет ректоров. Это моя позиция. Ее, кстати, разделяют и в министерстве. Другой вопрос, что ректоры никак не хотят точно определяться. С технической же точки зрения здесь все проще простого. Отследить, в какое количество вузов подал документы абитуриент, можно с помощью Федеральной базы свидетельств ЕГЭ. Ведь каждый абитуриент сегодня обязательно фиксируется после подачи документов для проверки их подлинности. Как только он «прикрепился», скажем к пяти вузам, программа просто выдаст сообщение — «все», больше нельзя.
РГ: Много в этом году было таких, кто рассылал свои документы направо и налево? Что говорит статистика?
Глебова: По статистике, на одного абитуриента приходится около 2 вузов. И какую проблему мы хотим решить путем ограничения количества вузов до пяти? А рискуем получить обратный эффект: подавал в два, а теперь, раз можно в пять, то и подаст в пять. Было поручение президента проработать эту проблему. Я считаю, что мы его выполнили, проведя дискуссии с ректорами вузов. Теперь дело за ними.
РГ: Рособрнадзор сейчас проводит мониторинг знаний выпускников школ 2009 года, поступивших на первый курс. Какому «посчастливилось» попасть под проверку?
Глебова: Мы проверили знания почти 800 первокурсников в семи вузах: Академии народного хозяйства при Правительстве РФ, Московском автомеханическом институте (МАМИ), РЭА им. Плеханова, Воронежском государственном и техническом университетах, Воронежской медицинской госакадемии им. Бурденко и Казанском государственном университете. Проверяли русский язык и математику, а также некоторые профильные предметы вузов. Использовали экзаменационные материалы ЕГЭ 2009 года. Отмечу, что это только первый этап большого мониторинга по проверке знаний студентов-первокурсников. Такая диагностика, надеюсь, поможет нам усовершенствовать «единый» на 2010 год.
РГ: Вузы имеют сегодня право регулировать минимальные границы баллов ЕГЭ, установленные Рособрнадзором?
Глебова: Конечно. Право повышать границу при приеме по профильному предмету записано в Правилах приема в вузы этого года. Только вот этим мало кто воспользовался. Потому что вузы живут, увы, не по принципу конкурсного отбора, а желанием, чтобы абитуриентов хватило на всех. У нас не конкурсное зачисление, а запись.
РГ: Сейчас демографическая ситуация такова, что количество выпускников школ и бюджетных мест в вузы практически выравнивается.
Глебова: А дальше будет еще хуже.
РГ: В отдельных регионах бросается в глаза, что количество баллов по ЕГЭ явно завышено. Вы как контролирующий орган это почувствовали?
Глебова: Эти ситуации мне хорошо известны. Так же как и слухи о засилье в центральных вузах стобалльников из южных краев. Это преувеличение. Мы проанализировали шесть кавказских республик, сравнили их результаты со среднероссийскими. Так вот число стобалльников там меньше, чем в среднем по России. Это первое. Теперь, что касается число просто с высокими баллами. Действительно, в Карачаево-Черкесии и в Адыгее их много. Эти регионы мы сейчас перепроверяем. Но хочу подчеркнуть, что наплыва высокобалльников из отдельных регионов в ведущие вузы страны нет.
РГ: Но Рособрнадзор как-то наказывает «отличившиеся» регионы?
Глебова: Расхожее мнение, что если Рособрнадзор проверяет, то обязательно должны быть карательные меры. Я за цивилизованный надзор и за качественный контроль. А это не только хирургия, но еще и диагностика. Напомню: за государственную итоговую аттестацию отвечает субъект РФ. Мы помогаем нашим субъектам понять, что же происходит. Когда я увидела проблемы в Воронежской области — позвонила губернатору. И мы ему сделали полный анализ. А он в свою очередь сделал все необходимые выводы вплоть до увольнения руководителя муниципального управления образованием. Уверена, пока сам субъект не захочет разобраться в том, что у него происходит в образовании, ничего не изменится, какие бы карательные меры ни принимались.
РГ: Преподаватели из госуниверситета Ульяновска предлагают исключить человеческий фактор при проверке третьей части С в материалах ЕГЭ. Или, как вариант, отправлять работы для проверки в другие регионы. А еще они уверены, что люди, проверяющие третью часть ЕГЭ, сначала сами должны сдать «единый» и набрать не менее 75 баллов. Что скажете?
Глебова: Конечно, уровень и качество подготовки экспертов, проверяющих часть С, должен быть серьезным. Кстати, это своеобразный показатель качества подготовки наших учителей. К сожалению, сегодня многие педагоги уже 1 сентября сами говорят родителям выпускников: вы не сдадите ЕГЭ, берите репетиторов. Этаким образом расписываясь в собственной беспомощности, не снимая с себя всякую ответственность.
Часть С проверяют люди, специально подготовленные. К ним очень жесткие требования — каждый получает сертификат на право быть экспертом ЕГЭ. Возможно, мы и попробуем отдавать часть С на проверку в другой регион. Но не надо ожидать, что это решит все проблемы.
РГ: Насколько наша средняя школа готова к нововведениям? В регионах совершенно разный уровень квалификации учителей. Они готовы к оценке со стороны?
Глебова: Не только учитель, но и любой человек никогда не будет окончательно готов к тому, что его будут оценивать со стороны. Многие боятся, что вскроются какие-то неприятные моменты, придумывают миллион причин: и КИМы у нас не те, и не в то время мы сдаем экзамен, и везде все делается за день ги… Это беда не наших учителей и нашей школы. Это просто такая временная ситуация. Кстати, о коррупции и деньгах. Все спрашивают — как бороться? Надо сделать так, чтобы это стало попросту невыгодно. «Липовые» справки будут до тех пор, пока будет льгота.
РГ: Недавно в «РГ» мы вместе с Натальей Солженицыной обсуждали проблему школьных сочинений. Того элемента сочинения, который сейчас есть в части С «единого» по литературе,— недостаточно. Предлагается ввести так называемое переводное сочинение на уровне 9-10-го классов. Согласны?
Глебова: Не надо до такой степени демонизировать ЕГЭ. Как будто мы с его помощью хотим решить все проблемы человечества. Кстати, по результатам опроса ВЦИОМ за сдачу экзамена в форме ЕГЭ 80 процентов опрошенных — выпускников школ этого года, родителей и преподавателей старших классов. А по литературе, кстати, тестов с возможностью выбора ответа нет вообще. Везде нужно подумать и рукой вписать ответ.
Никто не отменял право включать в экзамен сочинения, контрольные работы и все прочее, что связано с итоговой аттестацией, ответственность за которую несет субъект. Так было всегда. Из 10-го в 11-й класс не переводили в результате каких-то там указаний из Москвы. Если регион решал, то был переводной экзамен. Не решал — не было.
Я обеими руками «за» увеличение веса школьной итоговой аттестации в системе государственной итоговой аттестации со всеми возможными формами — будь то собеседование, устные, письменные экзамены, сочинения. Но это уже должен быть выбор самой школы.
РГ: На Президиуме Совета ректоров Виктор Садовничий предложил проверять ЕГЭ если не в другом регионе, то в независимом центре. А вы что думаете?
Глебова: Мы с Виктором Антоновичем не раз говорили о том, что любая независимая оценка должна двигаться к независимости. Но кто сказал, что на федеральном уровне у нас образовательные чиновники более честны и ответственны, чем чиновники на региональном уровне? Ведь что получается. Вот приходит выпускник в вуз. Что ему первое говорят? Забудь все, чему учили в школе, мы тебя заново «измерим», первый год будем тебе давать действительные знания, а потом уж будем учить профессии. После вуза приходит человек на работу, ему говорят: забудь все, чему учили в вузе, будем тебя переподготавливать. Понимаете? Надо посмотреть, как у нас на каждом уровне происходит преемственность требований к образованию, насколько заинтересованы сегодня вузы не в том, чтобы обвинить школу в некомпетентности, а в том, чтобы подготовить специалиста. Дайте ему возможность в школе выучиться! А не нравится — так давайте вместе обсудим: чему, по-вашему, нужно учить в школе, какие навыки давать. То же самое и с работодателями.
РГ: Когда-нибудь ЕГЭ может быть расширено, дополнено другими формами госаттестации? А то сегодня выпускники валерьянку пачками пьют и трясутся, потому что уверены: не сдал ЕГЭ — все пропало.
Глебова: Кто вам сказал, что они трясутся? А когда вы в школе сдавали экзамены, вам было спокойно?
РГ: Нет.
Глебова: А тогда при чем здесь ЕГЭ? Когда вы шли в вуз поступать, приезжали в другой город,— там тоже была чужая «Мариванна», да не школьная, а профессор вуза. И ничего! Я сама, золотая медалистка, валерьянки напилась перед сочинением. Зачем, спрашивается?
РГ: Вопрос из Омска: «Предполагается ли ведение ЕГЭ для учащихся начальной школы и девятиклассников при переходе на новую ступень образования?»
Глебова: В течение пяти лет шел эксперимент по новой форме гос аттестации после 9-го класса. Мы подвели итоги: нововведение себя оправдало и в принципе можно было бы вводить ее со следующего года. Поэтому решено сделать этот учебный год переходным, а за это время подготовить необходимую документацию. И уже со следующего учебного года ввести новую форму аттестации девятиклассников. По поводу начальной школы никаких решений на сегодня нет.
Справка «РГ»
В 2009 году в первой волне ЕГЭ сдавали 995 295 человек. Число экзаменов составило 3 258 606. В июле 2009 года, во второй волне, ЕГЭ сдавали 137 585 абитуриентов вузов и ссузов. Число экзаменов составило 244 941. Не справились с ЕГЭ 2,7 процента сдававших.
100 баллов по разным предметам в июне и в июле 2009 года были получены 2336 выпускниками и абитуриентами.
370 стобалльных работ были перепроверены. 25 процентов работ не подтвердили высокую оценку.

 

Будем благодарны Вам за републикацию:

QR-код этой страницы

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

< Пред.   След. >

Психолог онлайн

             Мой статус 471192502
             Мой статус  vzaimodeystvie
             Телефон доверия (499) 613-80-12
телефон доверия [?]

Личный кабинет





Powered by Core Design

Присоединяйтесь к нам

Цитата дня

Мудрость — это совокупность истин, добытых умом, наблюдением и опытом и приложимых к жизни, это гармония идей с жизнью.
 

Опрос посетителей

К кому Вы обращаетесь за психологической помощью?
 

Поиск

Нашли опечатку?

Выделите текст, нажмите Shift + Enter и отправьте нам уведомление.
Запись на консультацию
Анализ сайта онлайн
Feedback
Телефон в Москве: (499) 794-29-58 | E-mail: info@vzaimodeystvie.ru | 115201, Москва, Каширский пр., 7 | О нас | Наши проекты | Наши партнеры | Контактная информация
 Школьникам Педагогам
Наши проекты  

Родителям

Психологам

Контакты